Ш-ш-ш…
Тише, кинокритики. Замрите. Братья Вачовски сняли безумный фильм, рядом с которым никакая матрица не покажется запутанной. Вдохните, кинокритики, и не выдыхайте, пока не посмотрите от вступительного ролика до финальных титров.
Потому что «В» значит «Вачовски». Знак качества для любителей визуального пиршества и мозгового штурма.
Пока я это пишу, я сижу за компьютером в темной комнате с покрасневшими глазищами, в которых светится радость от просмотра Действительно Хорошего Кино.
О минусах фильма я не стану даже заикаться. Если они и есть, их не видно за красотой анархистски-философского безумия, которое сквозит в каждом кадре. А теперь я наконец выдохну, встряхнусь, притушу восторг в глазах и попытаюсь адекватно проанализировать просмотренное.
Итак, Англия. Альтернативная, а не простая. Тоталитарное общество эдакого «нового Гитлера», который диктует населению все правила и обязанности, не оставляя почти никаких свобод. Полиция без зазрения совести и соблюдения прав человека ведет постоянное видео/аудио наблюдение, а значок полисмена дает столько полномочий, что «стражам правопорядка» лучше не попадаться.
И вот, в одну не очень прекрасную ночь, девушка Иви, причепурившись по всем правилам, выползает на улицу… В комендантский час, ага. Вот отсюда, дрогой зритель, имей в виду, что рейтинг R за просто так не дают. Можно забыть о пластиковых манекенах из «Меченосца»: кровь — практически натуральная, известь на мертвых телах в братских могилах — без прикрас, дыра от пули в голове — смертельна… И это не трэш какой-нибудь, а натуральное произведение искусства. От встреченных «стражей правопорядка» девушку спасает некий V, душевный сумасшедший, произносящий чуднУю речь, в которой нет спасения от буквы «v». Сумасшедший ли он, этот тип в улыбчивой маске Гая Фокса? Стоит ли его бояться, с его старомодными поклонами и ужимками из разряда «Здесь был Зорро»?..
О, да. Он — сумасшедший. Как и почти все остальные, чей мозг уже кипит в постоянной не-свободе. Он забавен — иногда. Он мил — от случая к случаю. Он жесток — часто. Но бояться его не стоит. Потому что тогда после прочтения твоего смертного приговора ты не услышишь: «В тебе нет страха — значит, ты свободна».
Я могла бы рассказать весь сюжет этой странной истории, превратив мое повествование в подлый спойлер, но — лучше посмотрите и решите для себя, о чем она. А я всего лишь процитирую слова сумасшедшего по имени V — в тот момент, когда он не умер от выпущенных по нему автоматных очередей.
Под этой маской — нечто большее, чем плоть. Под ней идеи. А идеи пуленепробиваемы.
Чисто технически фильм может понравиться из-за одного только актерского состава. Хьюго Уивинг, агент Элронд Смит гоблиновского розлива; Натали Портман, бессменная Падме Амидала свеженькой джорджелукасовской трилогии; актер и литератор в одном лице, Дживс всея Великобритании, Стивен Фрай, и прочая, прочая, прочая…
Все они, от эпизодических персонажей до самых что ни на есть центральных, ИГРАЮТ. Да так, что дух захватывает. Персонажи смеются (как герой Фрая, с улыбкой пророчащий, что «за это шоу» его точно арестуют), злятся (как вышедшая из концлагеря выбритая наголо Иви), плачут (как закованный в вечносмеющуюся маску V). ЖИВУТ. И, даже будучи не в состоянии вполне четко осмыслить это буйство выплескивающихся с экрана эмоций и образов, зритель тоже хочет жить — свободно…
Многие сцены киноленты состоят из сумасшедшего набора контрастов. Вот в начала фильма застегивает перед зеркалом цепочку на шее Иви — и тут же, перед таким же зеркалом, защелкивает пояс с метательными ножами V. Вот солнце пляшет на ярких тканях, которые полощет ветер, и целуются влюбленные — и тут же, в окружении таких же реющих на ветру алых полотнищ флагов, что-то кричит с трибуны диктатор. Я никак не могу это прокомментировать — хотя бы потому, что в словесной форме невозможно передать, насколько эти контрасты западают в душу, чтобы потом еще долго вставать перед глазами.
Странно, но фильм получился каким-то… более живым, чем реальность? более настоящим? Не могу сказать точно. Эмоции в нем ярче. Цвета в нем сочнее. И, когда по экрану идут титры, чувствуешь благодарность к людям, которые только что позволили тебе прожить полтора часа, дыша чуть более свободно, чем тебе всегда казалось.
